Яков Есепкин Готическая поэзия ⇐ Современная русская литература

[Leda]

*  Алмазный фонд отечественной литературы — только в интеллектуальном андеграунде, поверх барьеров маргинальной ультраблеклой никчёмной книгоиздательской системы

Яков Есепкин

Застолья с девами и парфюмерами

Третий фрагмент

Львам со каменных герм ли бежать,
Яко пир, будет феям Цереры
Гнуть лозу, нивы хлебные жать,
Вейте злато духов, парфюмеры.

Несть фиады к ритонам спешат
Хлебы с маком, подносы оливок,
Дичь во мраморной пудре, из шат
Виноградных серебро наливок.

Ах, мы сами избудем печаль,
Станем хмелем и тушью сребриться,
Мел гранатовый лить на хрусталь,
О червленых лекифиях биться.

Десятый фрагмент

Тьма зерцал феям Ада мила,
Где и морочных див силуэты,
Чуден лет золотого орла,
Снам фиад внемлют юные Эты.

Сад ночной Аваддон облетит,
Это знак, время шумному пиру
Лед окарин топить, яко льстит
Вечность граду во злате и миру.

Клио, Клио, мы туне бледны
И в атраменте бьемся зерцальном,
Соглядая червленые сны
И о мороке плача хрустальном.

Тринадцатый фрагмент

Меж рапсодов тень Марсия хлад
Пировых небозвездных внимает,
Шумны гости, Электра фиад
К гробам шлет, бранью их донимает.

Пир елико, царевна, тоскуй,
Хлебов мраморных, ядности аур,
Отравленных ли емин взыскуй,
Паче золота царского траур.

Хватит мирры и свеч зеркалам,
Где из вишен сочится мраморность
И по бледным стекает челам
Дев исчерных шелковий узорность.

[Leda]

*  Культовый реформатор литературного языка и теоретической поэтики, мировая легенда русского художественного андеграунда

Яков Есепкин

Застолья с иродицами и музыками

Девятый фрагмент

И вольно феям замков мирить
Нерадивых служанок Цереры,
Переспелые вишни сребрить,
Юнам дарствовать с ядом эклеры.

Кая утром отмоет тполы,
Злать винтажная Саский и Лаур
Сомрачит, яко бледны и злы
Иродицы, носящие траур.

Ах, пиров хлебы ныне черствы,
Ядный шелк в снах кроят вдовам томным
И путрамент их мертвые львы
Тщатся выжечь серебром истемным.

Семнадцатый фрагмент

Бассариды ль о злате уснут,
Шелк царевен елико порфиров,
К ним старлетки всеюные льнут,
Паче звезд огнь вифанских сапфиров.

Тщится Марфа ко вечере мед
Несть, чаруют юн цитрий купажи,
Львов хрустальных ли, сумрачных од
Чтиц меловых таят бельэтажи.

И на хлебы из огненных туб
Льется мгла, и фиады ждут Лота,
И зефирность червленую губ
Царских пассий темнит озолота.

Двадцатый фрагмент

Мнемосина тоскует зане,
Будем пить, кликнем дев отравленных,
Аще истина в темном вине
И волхвы ждут чудес преявленных.

И к чему тосковать, Габриэль,
Нас любили камены белые,
Гробовую серебрили вэль,
Мнят ее днесь иродиы злые.

Ах, еше ли о хлебах столы,
Где музык утоляют печали
И юнетки чудесно белы,
Коим, вишни сребря, мы пеяли.


* Из книги «Морок Эолии»